Коммунары.

Дорого обошлись,  упрямство политиков, не желавших идти на компромиссы, и самомнение народных вождей, уверовавших в свою историческую миссию. Думаете это про Украину. Нет, дорогой читатель, это сказано про Парижскую коммуну.  Сегодня ее День.
Однако, автор не претендуя на глубокое исследование, заметил ряд поразительных совпадений.



Тут вам и борьба с памятниками,

И баррикады


и булыжник


и разрушения столицы


и жертвы.


А это как вам. Первым декретом Коммуны (от 29 марта) была упразднена постоянная армия, основанная на рекрутском наборе. Ее заменила национальная гвардия, состоявшая в основном из вооруженных рабочих. Полиция была заменена резервными батальонами национальной гвардии.


А вот это прогнозируемое, дай бог не случится, будущее.
Противники как будто ста­рались превзойти друг друга в жестокостях и бесчинствах. Парижская коммуна приняла декрет о заложниках, грозив­ший репрессиями ни в чём не повинным жителям столицы, лишь заподозренным в симпатиях к Вер­салю. Уже после того как бои завязались на улицах Парижа и дни Коммуны были сочтены, была рас­стреляна часть заложников, среди них архиепис­коп Парижский, многие священники и монахи-до­миниканцы. Столь бесчеловечные действия не име­ют оправданий, равно как и беспримерный ванда­лизм, проявленный коммунарами во время улич­ных боёв. Они умышленно подожгли ряд зданий в центре столицы, в том числе городскую ратушу, Дворец правосудия, Тюильрийский дворец, мини­стерство финансов, дом Тьера. В огне погибли бес­численные культурные и художественные ценнос­ти. Покушались поджигатели и на сокровища Лув­ра. Что касается версальцев, то они в эти дни за­лили кровью улицы Парижа. Жертвами их террора стали десятки тысяч граждан, убитых в боях, рас­стрелянных по приговору военно-полевого суда или вообще без суда и следствия. Десятки тысяч других были приговорены к тюремному заключению, ка­торге или ссылке.
Buy for 20 tokens
Buy promo for minimal price.
Эта история у нас уже один раз повторялась. . Хочется надеяться, что сейчас будет всё иначе.
Хотелось бы, но чую всё будет как всегда.